Царь тенниса

Борис ЛЕВИН, Александр РЫЖЕНКО 2010.12.02
Царь тенниса

Предлагаем вашему вниманию вторую часть эксклюзивного интервью одного из самых влиятельных людей в мировом теннисе — многолетнего капитана (читай: главного тренера) сборных СССР и России, члена исполкома Международного олимпийского комитета (МОК), известного общественного деятеля Шамиля ТАРПИЩЕВА.

— Президент МОК Жак Рогге недавно наградил вас титулом Царь тенниса…

— Я думаю, это признание не столько моих личных заслуг, сколько всего российского тенниса, который уже давно вышел на лидирующие позиции в мире. Только за последнее десятилетие мы выиграли четыре Кубка Федерации и два Кубка Дэвиса! У ближайших конкурентов — американцев — лишь три подобных трофея. Всего на счету наших спортсменов свыше пятисот побед в крупных международных турнирах, в том числе уровня Большого шлема. Весь пьедестал в Олимпийском Пекине, если кто подзабыл, тоже был российским. На сегодняшний день Россия — номер один в мировом теннисе!

— В отличие от большинства сборных, России без особого труда удается собирать на матчи Кубка Федерации и Кубка Дэвиса своих ведущих спортсменов. Участие в командных турнирах — святая обязанность сильнейших российских теннисистов?

— В принципе, у нас никогда не было проблем с приглашением в сборную ведущих теннисистов. Некоторые трудности начали возникать лишь два года назад, когда кардинально изменился календарь теннисных соревнований. Турниры Большого шлема и командные Кубки по срокам проведения, к сожалению, нередко накладываются друг на друга. Перед звездами возникает дилемма: работать на свой личный рейтинг или на сборную? И, к сожалению, часто выбор делается не в пользу сборной. Хотя, если честно, осуждать за это спортсменов ни я, ни кто другой не имеет никакого морального права: пропуская индивидуальные турниры, они не только теряют рейтинговые очки, но и вынуждены выплачивать сумасшедшие штрафы. Я воюю с этой ситуацией, требуя сбалансировать календарь, но пока, увы, воз и ныне там.

— Какова роль тренера в командных соревнованиях?

— Прежде всего, нужно быть хорошим психологом: подсказывать как можно реже, но по делу (улыбается). Например, часто теннисист, особенно когда устает, начинает играть «от себя», а не «от соперника» — важно вовремя определить этот момент. Тренер — как на минном поле: ошибаться не позволено. Лучше игроку подсказать то, что он легко сумеет выполнить. У меня был забавный случай с Еленой Дементьевой. Во время игры она постоянно подавала сопернице мяч под правую руку. Говорю: «Лена, нужно разнообразить свои действия: попробуй пару раз подать под левую или по центру». А она мне в ответ: «Я только под правую умею». (Смеется.) Когда нервы в матче на пределе — спортсмену лучше использовать свои сильные стороны, а не неожиданный тактический ход.

— Кубок Кремля, директором которого вы являетесь, по финансовой привлекательности уже давно не уступает турнирам Большого шлема. Почему же в таком случае его игнорируют звезды первой величины?

— Опять же это связано с пресловутой реорганизацией мирового календаря. Два года назад, буду откровенен, нам просто не хватило денег, чтобы сохранить турнир в двадцатке сильнейших. В результате он сместился на задворки сезона. И теперь, сколько средств в турнир ни вкладывай, великие теннисисты к нам просто не едут, поскольку в это время готовятся к решающим соревнованиям года. Приезжают только те, кому нужно добрать рейтинговые очки, чтобы вскочить на подножку уходящего поезда под названием Кубок Мастерс. Нынешней осенью Елена Янкович и Виктория Азаренкова играли в Москве именно по этой причине. Для остальных звезд Кубок Кремля в большей степени тренировочный турнир. Ситуацию мы намерены кардинально изменить. В России недавно создан попечительский совет для развития тенниса, в который вошли крупнейшие олигархи страны. Деньги, можно сказать, появились. Теперь необходимо добиться, чтобы и в международном календаре турнир занял достойное место. Думаю, учитывая авторитет российского тенниса, нам пойдут навстречу. И произойдет это в самое ближайшее время.

— Теннисный турнир в Санкт-Петербурге уже способен составить конкуренцию как минимум Кубку Кремля?

— Думаю, что пока нет. Чтобы турнир стал рейтинговым, повторюсь, нужны деньги и хорошее место в календаре. Деньги, конечно, найти можно, но сомневаюсь, что Ассоциация теннисистов-профессионалов расщедрится сразу на два «рыбных» места для России в своем и без того плотном календаре.

— В поединках турниров Большого шлема, чтобы избежать судейских ошибок, все чаще применяют электронную систему «Соколиный глаз». Насколько она доступна для применения в турнирах на территории России?

— Пока это очень дорогое удовольствие. На «Соколиный глаз» существует монополия. К примеру, Кубку Кремля система обошлась в 80 тысяч долларов. Причем оборудование после соревнований, естественно, увезли.

— Одна судейская ошибка может повлиять на результат теннисного матча?

— Естественно, особенно если теннисисты примерно одного уровня. Поэтому «Соколиный глаз» необходим. Если удастся сломать монополию производителей системы, теннис сделает качественный шаг вперед. 

— Ракетка — оружие теннисиста. Производители теннисного «оружия» — тоже монополисты?

— К счастью, нет. Сейчас много фирм, которые выпускают профессиональное оборудование для тенниса. Почти у каждого производителя есть пара-тройка удачных моделей ракеток. Но, естественно, для звезд первой величины ракетки изготавливаются по индивидуальному заказу.

— Еще совсем недавно в десятку сильнейших теннисисток планеты входили сразу шесть представительниц России, сейчас — только две: Вера Звонарева вторая, Елена Дементьева  девятая.

— Это результат травматизма, в том числе связанного с перенасыщенностью календаря соревнований. Я думаю, что в следующем году, избавившись от травм, в первую десятку вполне могут вернуться и Динара Сафина, и Мария Шарапова, и Надежда Петрова, и Светлана Кузнецова. Подрастает у нас и новое поколение талантливых теннисисток — Алиса Клейбанова, Анастасия Павлюченкова, Вера Душевина. В этом году наши девочки были сильнейшими на чемпионатах мира и Европы практически во всех возрастах. Это говорит о том, что резервы у российского женского тенниса хорошие.

— Недавнее заявление Елены Дементьевой о завершении спортивной карьеры стало для вас неожиданностью?

— В принципе, еще в начале года я знал, что Лена собирается уйти из тенниса. Опять же это связано с перенасыщенностью календаря и кабальной системой, при которой ведущие теннисистки просто не могут позволить себе играть в щадящем графике (штрафы, понижение в рейтинге и т. д.). Дементьева — возрастная спортсменка, такой бешеный соревновательный ритм чреват для нее многочисленными травмами. Поэтому где-то в душе решение Лены я понимаю. Хотя, считаю, она вполне бы могла еще играть на самом высоком уровне три-четыре сезона. В конце этого года, насколько мне известно, Лена собирается замуж. Может, со временем она еще и вернется в теннис.

— Кстати, идет ли на пользу теннисисткам замужество?

— У женщин очень большая текучесть в рейтинге. Кому удается попасть в элиту, как правило, играют до 30 лет, а уже затем думают о семейной жизни. Кто в элиту не попадает — с теннисом заканчивает очень рано и, соответственно, раньше выходит замуж. Реальность такова: после родов на корт возвращаются лишь единицы. А вот мужчинам-теннисистам женитьба явно идет на пользу. Свежий пример: посмотрите, как преобразился в этом сезоне Янко Типсаревич! А все потому, что перестал по ночным клубам ходить (смеется). Женитьба дисциплинирует.

— Что случилось с вашей воспитанницей Марией Шараповой, которая в этом году не выиграла ни одного турнира?

— Не забывайте, что у Маши была очень серьезная травма, из-за которой она потеряла почти полтора года карьеры. Шарапова только восстанавливается. Повторюсь, у нее есть все шансы в следующем сезоне вернутся в первую десятку.

— Почему российские теннисисты тренируются в основном за рубежом?

— Там лучше условия, я не стесняюсь об этом говорить. Скажу даже больше: за рубежом тренируются не только состоявшиеся спортсмены, но и практически все наши юные таланты. В России система подготовки теннисистов рассчитана лишь до 14-летнего возраста. Затем лучшие разъезжаются по всем теннисным академиям мира. Я иногда шучу: мы заставляем весь мир работать на Россию. Хотя, понятное дело, нужно развивать условия у себя. На сегодняшний день за рубежом учатся почти четыре сотни наших подростков в возрасте от 14 до 16 лет. Если бы даже сотню из них мы оставили в России, потеряли бы следующее поколение — ему просто негде было бы тренироваться.

— Недавно вы выпустили свою уже одиннадцатую книгу о теннисе. Когда успеваете писать?

— Во время долгих перелетов через океан. Доверяю свои мысли и воспоминания диктофону, а уже затем помощники переводят их на бумагу (улыбается). Моя первая книга — «Корт зовет» — вышла в далеком 1989-м. В этом году выпустил «Русский свет в Уимблдоне». Следующая, кстати, будет о турнире «Ролан Гаррос». Параллельно готовлю к изданию вторую часть учебника по теннису для вузов.


крымское агенство новостей

В Симферополе заложат новый памятник

Ко дню освобождения Симферополя от немецко-фашистских захватчиков 13 апреля в на проспекте Победы заложат камень в основание памятника Отдельной...

читать полностью


COPYRIGHT © 2008

Использование материалов time4news.org допускается только с разрешения редакции.

Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, разрешается при условии ссылки

(для интернет-изданий - гиперссылки) на time4news.org